Ольга Писарик (olgapisaryk) wrote,
Ольга Писарик
olgapisaryk

Три дня спустя

Три дня назад я написала пост об инциденте с нашей учительницей музыки. Пост вызвал разные реакции, что в общем-то хорошо. Каждый увидел в этом рассказе для себя то, что он хотел увидеть, и выводы каждый сделал для себя тоже сам. Я расскажу о своих выводах. Завели они меня правда несколько в сторону от поста, поэтому я их там и не выкладывала, написала и стёрла, но прошло уже несколько дней, а мысли сидят и не уходят, поэтому всё-таки напишу их.


 

 

Так вот наша учительница повела себя как живой нормальный человек: дети ей нагрубили, она на них обиделась (подчеркну, обиделась , не на детей, а на их поведение) и уехала. Дети распереживались, не в последнюю очередь глядя на мою реакцию. Я тогда  попросту расплакалась. А что? Я тоже живой человек. Сами звонили, сами извинялись, в общем сами замутили эту историю, сами и разруливали. В итоге - хэппи-энд.


 

Теперь мои мысли.


 

Для начала: да, такой жизненный опыт имеет неоценимое значение. Хотела написать педагогическое, но потом убрала это слово, потому что это именно жизненный опыт межличностного общения. Но такой опыт возможен только, если выполняются несколько условий: предмет действительно любимый и учитель любимый, близкий, к которому дети привязаны и которому доверяют, и дети достаточно социально-развиты, чтобы самим разрешить ситуацию.


 

Если бы какое-то из этих условий было другим, то и моё поведение было бы другое. Скажем урок не очень любимый, но мне по каким-то причинам надо, чтобы он состоялся (да, я иногда настаиваю, чтобы дети делали не только то, что хочется им , но и то, что хочется мне; хорошо это или плохо, я сейчас обсуждать не готова). Так вот зная, что урок не любимый, я бы уделила время на моральную к нему подготовку. Может быть пообещала детям какое-то поощрение, что-нибудь приятное, прогулку в парк вместо других уроков, возможность поиграть за компьютером, поход в Макдональдс, в конце-концов.


 

Если бы учительница была менее близкая, и я увидела, что дети абсолютно не переживают по поводу содеянного, то скорее всего я бы постаралась уладить конфликт сама, а с детьми бы вела профилактические беседы. Обьясняла бы, что учитель – это в первую очередь профессионал, что если тебе интересен предмет, то надо от учителя постараться перенять его опыт и знания, а не заморачиваться слишком сильно на личных качествах человека. Тем более, что нам с ним не жить и детей не крестить. Отмечу, что чем меньше ребёнок, тем меньше он в состоянии разделять профессиональные и личностные качества своего наставника. Мне кажется, лет до семи это вообще невозможно. И в более позднем возрасте такое разделение возможно в очень и очень ограниченной степени. Ещё, я бы предложила детям представить, как мы будем жить без того знания, которое нам даёт этот конкретный учитель. Например, у меня мелькнула мысль закрыть пианино на три дня, чтоб они узнали, как оно - без пианино. Но они и так сами себя так наказали, что ничего дополнительно не надо было придумывать.


 

Если бы дети не поняли, что вообще произошло, то мне опять таки пришлось бы вести долгие беседы о том, что же почувствовала учительница, когда они её обидели. Я думаю, для них вообще могло стать открытием то, что они её обидели. Надо было бы приводить примеры из жизни, книжек и кинофильмов. Ну и я бы сама разрешала конфликт, а потом мы бы вместе извинялись.


 

В общем, несмотря на всю могущественность случившегося случая, я бы не советовала воспроизводить его искусственно. Дети очень чувствуют фальш, а также отсутствие любого из перечисленных условий может превратить отличный воспитательный момент в бесполезное измывательство над ребёнком.


 

Если у вас сложится похожая ситуация, действуйте по наитию, так как вы считаете нужным. Но если вы видите, что дети готовы разрешить конфликт сами, дайте им такой шанс. Может быть где-то подыграйте. Я в нашем конкретном случае не подыгрывала, но и чувств своих не скрывала, не скрывала специально. Подумала, вот полюбуйтесь, до чего довело ваше бездумное поведение.


 

А теперь немного о другом.


 

Представьте, что вы незаслуженно обидели близкого человека. Уже само осознание этого факта будет для вас достаточным наказанием. Вы постараетесь сделать всё возможное, чтобы загладить свою вину.


 

А теперь представьте, что вместо того, чтобы извиняться и просить прощения, вы начинаете агрессивное наступление на этого человека: придираетесь, оскорбляете, наказываете другими способами. А он в ответ начинает наступление на вас. Насколько близкими и как долго останутся ваши отношения? Тем не менее, именно этот сценарий разрешения конфликтов является основным в школе.


 

Учитель приходящий на урок в школу не может обидеться на учеников и уйти. Но ему нужно как-то защищаться. Что делает учитель? Правильно, он переходит в наступление: ставит двойки, выгоняет с урока, вызывает в школу родителей (что там ещё делают с детьми в современных школах?). Ученик, которого обидел учитель тоже не может «обидеться и уйти», он либо закрывается в себе, никого не пуская вовнутрь, либо тоже агрессивно наступает, чтобы добиться, чтобы его в конце концов или выгнали, или перестали замечать.


 

И пока контакт учителя с учениками будет насильственным, не зависящим от воли ни тех ни других, этот сценарий перехода обиды в агрессию будет развёртываться постоянно. В итоге обидчик лишается возможности опыта сопереживания, раскаяния, потому что на него уже идёт волна встречной агрессии от которой ему нужно думать как защищаться. Всё перевёрнуто с ног на голову в этом дивном мире под названием «школа».

 


Tags: мысли
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments